Ушибив руку

— Отойди, — ответила она, тыча мне в грудь пальцами и поставив ногу на стул.

— Ладно, ладно. А теперь серьезно, Мидж: мне действительно не хочется снова туда лезть.

И не надо — только помоги мне. Я ничего не скажу нашим друзьям. — Она встала в позу, подбоченясь и по-прежнему держа ногу на стуле. Ее улыбка была неумолимой и, конечно, вызывающей.

Жалобно застонав, я оттащил ее в сторону и сам взгромоздился на стул. Прошлый раз, когда слезал, я запер люк, наверное вообразив, что летучие мыши погонятся за мной, и теперь сказал:

— Я открою, потом подниму туда тебя, если не хочешь принести стремянку.

Она ждала, скрестив руки на груди.

— Хорошо, мэм. — Я уперся в крышку люка, и она снова приоткрылась. — Не волнуйтесь, ребята, — тихо позвал я. — Просто хозяин квартиры пришел проверить состояние воздуха.

Хоть я и не так нервничал, как в прошлый раз, поскольку уже кое-что знал о сонных гостях, но мои попытки беззаботно болтать звучали довольно принужденно.

Крышка люка, как и раньше, стукнула о поднимающееся стропило, и я пригнулся от неожиданного хлопка. Я заметил, что Мидж рукой прикрывает улыбку.

— Потом не говори, что я тебя не предупреждал, — сказал я сварливо, спускаясь и протягивая ей фонарик, а потом сложил руки как стремя. — Хватайся одной рукой за край люка и положи фонарь внутрь, а потом я подниму тебя.

— Мой герой, — сказала Мидж, ставя ногу в мои руки.

Я выпрямился, она легко поднялась и почти тут же включила фонарик и просунула его в люк. Мидж села на край, как я раньше, болтая ногами в воздухе.

Я вскарабкался за ней, используя стул. Теперь, когда был не один, я старался воспринимать это спокойнее. Она быстро отодвинулась, чтобы дать мне место.

Оказавшись внутри, я прошептал:

— Видишь? Что я говорил!

От знакомого запаха я снова сморщил нос.

Мидж обшарила фонариком чердак, и я внутренне содрогнулся, увидев черные висящие силуэты.

— Ой, Майк, их не так уж много, — пренебрежительно проговорила она.

Я заморгал, следя за блуждающим лучом. Их в самом деле казалось не так много, как раньше.

— Я, м-м-м. Я уверен, их было больше.

— Наверное, ты так испугался, что тебе померещилось. И все равно здесь их по меньшей мере тридцать или сорок.

— Но прошлый раз они все сбились в кучу. Наверное, многие улетели.

— При дневном свете? Нет, наверное, были тени от фонаря, и мышей казалось больше. — Мидж похлопала меня по плечу. — У страха глаза велики. — Она направила луч фонарика себе под подбородок, так что он отбросил устрашающие тени на оскаленное лицо.

— Как смешно, ах, как смешно! Ну-ка, дай мне фонарик.

Я выхватил у нее фонарь и прополз по чердаку дальше, держась за стропила, — не хотелось, чтобы колени продавили потолок. Я посветил лучом в дальние углы, и хотя не смог заглянуть за водяной бак, вроде бы нигде никто не прятался. Ко мне присоединилась Мидж, она не ползла, а шла, и от этого я почувствовал себя еще глупее.

Я встал, для равновесия схватившись за балку, стараясь не дотронуться до спящей летучей мышц. Я думал, что Мидж насмешливо улыбнется мне, но она была поглощена рассматриванием висящего рядом существа.

Протянув руку, Мидж дотронулась до сложенного крыла.

— Эй, — прошипел я, — что ты делаешь?

— Посвети-ка сюда, Майк. Мне хочется рассмотреть этого малыша.

— Это может быть опасно. Боже, вдруг у него бешенство!

— Не будь таким занудой. В этой деревне нет бешенства Помнишь, что я говорила о хомячках с крыльями? Вот так и воспринимай их. Ну-ка, посвети поближе!

«Безрассудный ребенок!» — подумал я сердито, но, осторожно держась за балку, подошел и сделал как сказано.

— Если тебя укусят, пеняй на себя, — сварливо заметил я.

Летучая мышь дернулась и попыталась вырвать вытянутое крыло, но Мидж держала крепко. Отвратительная пасть зверька раздраженно открылась, обнажив мелкие хищные зубки, хотя сам он, казалось, не проснулся. И тем не менее я держался подальше, и мне пришлось вытянуть руку, чтобы обеспечить Мидж светом, как она хотела.

— Видишь пальцы? — Хорошо, что она хоть говорила приглушенно. — Видишь, какие длинные три крайних? Крыло — это просто кожа между ними. Смотри, оно идет до ног и хвоста.

— Как интересно! А может быть, пусть она себе спит?

— А посмотри на мохнатое тельце. Какой хорошенький малыш!

— Хорошенький! Страшен, как смертный грех!

Я тут же пожалел, что повысил голос, потому что тонкие перепонки над крошечными глазами мыши на секунду распахнулись.

— Он обиделся, — заметила Мидж.

— Ему придется с этим примириться. Посмотри на этот ужасный приплюснутый нос и остроконечные уши! — Я в отвращении фыркнул.

— То, что вокруг носа, — это его радар.

— Но косметически это его не оправдывает. Может быть, мы спустимся, Мидж? Возможно, нам придется соседствовать с этим висячим черносливом, но брататься с ним нет необходимости.

Мидж дала крылу обратно сложиться и прижалась к моему бедру.

— Не знала, что у тебя аллергия на них.

— Честно сказать, я и сам не знал. Но у меня к ним странное чувство — ничего не могу поделать.

— Но хотя бы теперь ты знаешь, что их не так много, как тебе сначала показалось.

— Я мог бы поклясться. Ну да неважно, от потрясения их могло показаться вдвое больше.

— Или втрое. Давай спустимся туда, где воздух посвежее.

Мы ухватились за балку, и, встав на края люка, я помог Мидж спуститься на стул. Бросив последний взгляд вокруг, я передал ей фонарик и протиснулся сам, а потом, балансируя на стуле, закрыл за собой крышку, на этот раз без особого шума.

Я соскочил на пол и стряхнул пыль с ладоней, радуясь, что выбрался из мрака. Мидж тем временем подошла к одному из окошек и попыталась его открыть.

— Я подумала, что тут неплохо бы проветрить, — сказала она через плечо, — но это окно заколочено.

Я подошел к ней.

— Может быть, закрашено снаружи. Строители не должны были закрывать окна, пока краска не просохнет. Дай-ка мне.

Но прежде, чем я успел хорошенько толкнуть створку окна, Мидж удержала меня.

— А что, летучие мыши действительно тебя беспокоят, Майк? Знаешь, мы всегда можем последовать совету Хьюба и избавиться от них, так что никто не узнает.

Я спокойно посмотрел на нее.

— Тебе-то самой это не нравится, правда?

— Мне не нравится, что для тебя они портят Грэмери. Для меня важнее всего, чтобы ты был счастлив здесь, так что, если выбирать между тобой и мышами, лучше останься ты.

Мы прижались друг к другу лбами.

— Наверное, ты права, — сказал я. — От них никакого вреда. — Я повернулся спиной к окну. — Но каждую ночь слышать их оргии и как они вылетают на улицу — хлопанье этих сморщенных крыльев сведет меня с ума.

Я стукнул ладонью по оконной раме, потом еще раз и закусил губу, ушибив руку. С третьей попытки окно на дюйм приоткрылось, и после этого не составило труда открыть его пошире. Со второй половиной пришлось так же помучиться, но с третьей попытки открылась и она. Распахнув окно пошире и защелкнув, чтобы оно не закрылось, я взглянул на лес напротив и глубоко вдохнул нагретый солнцем воздух. Но прежде, чем выдохнуть, я задержал дыхание.

Не человек ли стоит в тени за первым рядом деревьев? Опять кто-то следит за нами?

— Мидж, — сказал я сдавленным голосом, потому что так и не выдохнул. — Мидж, там кто-то наблюдает за домом.

Я не смотрел на нее, но знал, что и она вглядывается в лес.

— Где, Майк? Я никого не вижу.

На мгновение я оторвал глаза от неподвижной фигуры и, положив руку на плечи Мидж, придвинул ее к себе.

— Вон там, — прошептал я, хотя в этом не было необходимости, и указал рукой. — Сразу за деревьями. Темная фигура, смотрит прямо на коттедж.

Но когда я снова посмотрел туда, человек исчез.

— Все равно ничего не вижу, Майк, — сказала Мидж, и я безмолвно повернулся к ней, а потом быстро оглянулся на деревья. Определенно там никого не было.

www.litmir.me

Сергей Садов — Постижение

99 Пожалуйста дождитесь своей очереди, идёт подготовка вашей ссылки для скачивания.

Скачивание начинается. Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.

Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Описание книги «Постижение»

Описание и краткое содержание «Постижение» читать бесплатно онлайн.

Издавна противостояли друг другу Церковь и Империя, издавна играли друг против друга Инквизиция и Контора, две самые страшные и самые безжалостные спецслужбы мира Танр – подставляли, убивали, компрометировали чужих агентов. Но случилось так, что о старой вражде пришлось забыть. Забыть, чтобы просто выжить. Забыть потому, что уже родились Трое – три великих черных мага, призванных полной мерой отплатить потомкам убийц за геноцид народа дзенн-анн-в’иннал, народа Тьмы, никогда не умевшего и не желавшего воевать, никогда не знавшего насилия и полностью погибшего по вине людей.

Сергей Садов, Иар Эльтеррус

Три дороги во Тьму. Постижение

Отведя таким образом душу, он отпер дверь и вошел, все еще искренне надеясь, что ошибся. Увы… Потерянный Жезл коротко вспыхивал синим светом и звенел. Проклятый звон! Маг стоял посреди комнаты и смотрел на то, что завершало его спокойную, тихую жизнь и обрекало на тяжкие испытания. Что ж, Стиор арн Над не остановится ни перед чем, чтобы произошло предначертанное.

Тяжело вздохнув, Стиор приложил Потерянный Жезл ко лбу. Тот мягко зажужжал и начал погружаться в его череп. Это не было иллюзией, при Слиянии жезл действительно становился на некоторое время единым целым с мозгом мага. Через несколько мгновений его уже не было видно, только легкое свечение в глазах старика говорило, что что-то здесь не так. Стиор всегда ненавидел Слияние, ему дорого обходились полученные таким образом знания – несколько суток дикой мигрени порой. Но иного выхода нет. Он не строил иллюзий и понимал, что вскоре по следу родившихся этой ночью пойдут лучшие ищейки Церкви и Конторы. При воспоминании о последней Стиор содрогнулся – казалось, люди проклятого Вихря вездесущи. Старик стоял, держась рукой за стену, пока информация с жезла усваивалась мозгом. Колени противно дрожали от слабости, все тело покрывал пот, он тяжело дышал. Но, в конце концов, пытка закончилась.

Маг присел на стоящий в другом углу табурет, слегка отдышался и прикрыл глаза, одновременно произнося слово активации. Перед глазами тут же вспыхнула карта родного мира. Дзарн. Дзи-Ар. Лли-Эл. Тхорворд. Танр. Сам Стиор предпочитал последнее имя, так как был родом из Крон Арингара, необычной страны с двумя равноправными столицами, где жило больше гномов, чем людей. В свое время гномы из старого рода Ганказад поселились на освобожденных от эльфов землях и построили два города, Крон и Арингар. Много позже там появились люди и расселились рядом со своими низкорослыми соседями. Гномы поначалу не обращали на них внимания, но потом пришлось – человеческое честолюбие не знало пределов, и люди захватили Арингар. Однако через столетие, как это ни странно, бывшие враги объединились, и в Крон Арингаре стали править две династии – гномья и человеческая, причем, вместе. Когда пришла Церковь, кронарингарцы вынужденно приняли веру в Спасителя, и их оставили в покое.

Маг встряхнулся, избавляясь от воспоминаний. Пора браться за дело, на грусть о прошлом времени нет. Он снова активировал внедрившийся в мозг жезл. Тут же на все еще висящей перед внутренним взором карте зажглась ярко-алая пульсирующая точка. Стиор всмотрелся и глухо выругался сквозь зубы. Родившийся изволил появиться на свет не где-нибудь, а на юго-западе Коствада, в самой, что ни на есть, дикой глуши. Да туда добираться, по меньшей мере, года три, если не четыре…

– Это что же? – едва слышно спросил сам себя он. – Это мне теперь туда свои старые кости через полмира тащить, что ли?

Похоже, именно так. Старик глухо застонал сквозь зубы и проклял все на свете, одновременно понимая, что утро застанет его уже в дороге. Иначе не мог – всю жизнь долг был для него превыше всего. Он сам, по собственному выбору возложил на себя после смерти учителя обязанности хранителя. А значит, теперь обязан исполнить их до конца, невзирая ни на какие препятствия. Даже умереть он теперь не имел права – никто, кроме него, не сделает должное. Нет у него ученика, так уж сложилось. Самому придется, и ничего с этим не поделаешь – кто-то должен помочь родившемуся стать тем, кем тот обязан стать. А люди. Да почти все люди и нелюди на Танре отдали бы что угодно, лишь бы он потерпел неудачу! Только бы не дать родившемуся стать одним из Трех. Слишком они боялись Ушедшего, слишком сильно им вбили в головы, что Тьма может быть только злом. Маг давно уже не пытался ничего объяснять даже самым умным – бесполезно, в этом вопросе как будто кто-то навесил им шоры на глаза. Что ж, Стиор предпримет все усилия для того, чтобы родившийся исполнил предначертанное. Если удастся… Ведь тот вполне может и не стать одним из Трех, прожив бесполезную, никчемную жизнь обычного человека. Как ни горько это осознавать.

www.libfox.ru

Лучшее сообщество для русскоговорящих фанатов аниме! Присоединяйся к нам!

Еще не скачали Amino?

Перейти aminoapps.com на телефоне получить ссылку на электронный адрес :

Отправлено she do?e?s?n’t live here anymore

Фастрайт #4. Результаты

Пографоманим. Рифмовка и строфы.

Избранное этого сообщества

Психологизм (Школа Фикрайтерства, урок 8) Журнал Аниме Амино #24

Викторина по аниме «Заклинательница зверей Эйрин»

Прекрасная Китайская Архитектура. [ЖАА #24]

Обзор на аниме «Конфликт братьев»

Let it snow, let it snow, let it snow

Хей-хо, дорогие литературные гладиаторы, готовы снова выйти на писательскую арену?

?Feedback (Вперёд в прошлое

Перед тем, как открыть новый Фастрайт, вспомним, чем же закончился прошлый.

?Очередная минута славы победителя

А с лучшими работами участников можно ознакомиться здесь: Результаты Фастрайта

?=? :black_nib: =?? :books: ??= :black_nib: ?=?

Приближается главный праздник года, и поэтому мы хотел бы зарядить вас зимним настроением и атмосферой праздника. Да начнётся шестая великая битва! Тема этого Фастрайта — Новый год и зима.

Задача участников заключается в написании коротких драбблов за ограниченный промежуток времени, а именно 10 минут. Просто? Как бы не так

Ведь работы должны быть написаны по картинке, к которой задан определённый вопрос (чем каверзнее, тем лучше :smirk: ). Внимание: ответ на вопрос должен ОБЯЗАТЕЛЬНО присутствовать в драббле.

Начало игры — жеребьёвка, в которой определяется, в каком порядке участники будут присылать арты-задания. Можно пропустить этот этап, если присылать будет ведущий.

?Пример вопроса с первого Фастрайта:

Главный организатор (или его помощник в случае форс-мажора), играющий роль ведущего, даёт отмашку «СТАРТ». По этой команде все участники, кроме того, кто скинул задание, начинают писать свои драбблы. Засекает время и даёт отмашки ТОЛЬКО ведущий или его помощники.

Спустя ровно 10 минут ведущий командует «СТОП», и у участников есть 30 секунд, чтобы отправить получившийся текст в беседу. И тут наступает пора оценивать. Участники будут предупреждены за пять минут и за одну минуту до конца времени ведущим проекта.

Оценки ставят только зрители. Организаторы и участники могут по желанию поставить оценки участникам в конце, имея всего пять баллов, которые можно будет разделить между авторами. (К примеру: первый участник — 2 балла, второй — 3 балла (в сумме пять)). У зрителей оценивание идет разными баллами: от 1 до 5. Оценки повторяться не могут. Если зритель поставил оценку «5», то другому он может поставить все, кроме «5» и так далее.

?Пример оценки зрителем:

?Пример оценки участником/организатором:

Один круг игры длится до тех пор, пока все участники не скинут по арту. По желанию участников можно продлить на второй круг, в ходе которого задания будут давать организаторы или зрители.

Подсчёт баллов осуществляется организатором по формуле: общий балл= сумма оценок зрителей/количество оценок+средний балл от участников/организаторов. Получивший наибольшее количество баллов объявляется победителем.

А теперь пару слов о самом приятном, конечно же, о награде. Победитель получает префикс на тематику писательства на две недели, а лучшие работы каждого участника попадают в итоговый пост с результатами с указанием авторства.

Заинтересовались? Поспешите оформить анкеты, не забыв указать, на чью роль (участник/зритель) вы претендуете

ATTENTION. Фастрайт занимает обычно около двух часов. Убедительная просьба, если у вас нет такого количества свободного времени, не подавайте заявку.

2. Наиболее удобное время в воскресенье (по МСК!).

3. Уровень грамотности (по 10-ти балльной шкале).

4. Как долго вы увлекаетесь писательством?

5. Создайте небольшую историю на тему нового года. Соооовсем небольшую.

1. Часовой пояс, в формате Мск+.

2. Наиболее удобное время в воскресенье(по МСК!).

3. Как долго вы увлекаетесь чтением фанфиков?

Вам вещала Охи из Братства Фанфикшена, где все проекты придуманы с душой

С 15-00 и до вечера

Шестой год (серьезно)

Холодно. Очень холодно. Обжигающий снег колется тысячами тоненьких иголок, превращая босые ноги в само сосредочение боли. Тоненькая, рваная рубашка, словно балахон, колыхается шаром из-за ветра на худом теле.

Маленький нищий. Он просто никакому ненужный ребёнок на этих новогодних улицах. Мальчишка смотрит на богато украшенные витрины и внюхивается в приторно-сладкие запахи угощений. Он хочет подарок. Любой. Просто почувствовать новогоднюю атмосферу.

Засмотревшись на игрушку за стеклом, мальчик врезался в высокого, рыжебородого мужчину и рухнул на землю, больно ушибив руку. Человек хмуро посмотрел на него и вытянул руку. Нищенка сжался, готовясь получить удар. Но в него пахнуло неожиданно запахом сдобы и корицы. Боже, это же новогодняя булочка! Тёплая, горячая и настоящая.

Мальчик взглянул в лицо прохожего и увидел отца. Возможно ли?

Мужчина приветливо улыбнулся:

— Я вернулся, сынок, пора домой.

Отец, много лет назад потерянный на перекрёстке всех дорог, взял его на руки и понёс домой, окутывая настоящим чудом, возможным лишь в Новый год.

2. С 18:00 по неограниченно

4. Около 3-4 месяцев. Срок маленький, но не смотря на это меня уже брали на фастрайт, поэтому, возможно, это не проблема

В тот день было снежно. Белые кристалики весело кружили в воздухе, а после плавно падали на промёрзшую землю. Вечерело. Снег громко скрипел и прогибался под его ногами. Он шёл неспеша, смакуя каждый шаг, каждое мгновенье. Смакуя каждый вдох. Смакуя вид, который её лицо принимало с каждым его шагом. На щеках появлялось всё больше румянца. Казалось, вот вот её уши примут такой же ало-розовый цвет. Она стояла перед ним. Будто онемев, не могла ничего сказать. Ему это нравилось. Нравилось видеть её смущённой. Ему вообще нравилось доставлять девушкам неудобства, но ей особенно. Чем-то она притягивала его, заставляла смотреть не на порозовевшие щёки, а себе в глаза. Бездонные, словно два алмаза, глаза.

Но ему определённо доставлял удовольствие румянец на её щеках.

Но не долго дитя тешилось. Внезапно, с сильным скрипом, переходившим, скорее, в рык, парень провалился под лёд. Парень неуклюже развалился на лужице, лёд на которой лежал отдельными кусками. Девушка заливисто засмеялась. Ей определённо нравилось видеть его в подобном положении.

–Ненавижу зиму,– обиженно пробормотал парень.

2. 12:00-14:00, а также 18:00-21:00

3. Довольно-таки долго. Около 2-ух лет.

1. Московское время

2. С 17.00 до 23.00

5.?За стеклом бушует безжалостная буря, играя со снежинками, раскидывает их в разные стороны. Они смеются, всем весело. Кроме миловидной девушки, что сидела в зимнем пуховичке цвета ночного неба.

Также она окуталась в тёплый клетчатый шарф, взмахивая недлиными мокрыми ресницами, сделала небольшой глоток горячего латте. Она демонстративно громко выдохнула и оглянула большими миндалевидными глазами совершенно пустой аэропорт.

Какой-то странное чувство заставило девушку болезненно закрыть веки. Она ведь ждёт его уже очень давно. Самолёт должен был прилететь два часа назад, а его всё нет. Буквально через пять минут наступит новый год. Девчонка поёрзала ногами и шмыгнула носом. На её щёках не было слёз, нет, только лишь мокрые следы. Она посмотрела на часы и криво улыбнулась, ей вспомнилось как она встречала свой прошлый новый год. Эти воспоминания согревали её изнутри гораздо сильнее, чем горячий напиток. Вдруг что-то позади с грохотом упало на пол. Девушка обернулась, включился свет. Раздался шум хлопушек, радостный возгласы и задорные крики, свисты. Милый её сердцу друг стоял рядом с ней с огромным букетом белых лилий. Со всех сторон вышли люди — её семья. Они стали громко поздравлять её с праздником, разливать по бокалам шампанское и смеяться во весь голос. Она поняла, что те специально прилетели немного раньше. Парень крепко обнял девушку и шептал слова любви и нежности ей на ушко, а та не могла поверить в то, что приехали всё, кто был ей дорог. Она снова заплакала, широко улыбаясь.

3. Хромает расстановка знаков, а так 8-7

4. Четыре года, или около того

5.Сказание седобородого старца

Это был зимний погожий день, в который, вероятно, любой мимо проходящий человек хотел бы сидеть дома в уютной постели попивая теплый согревающий напиток.

Но к сожалению дела звали людей на улицы города, праздничная суматоха накрыла всех людей небольшого городка на севере. да, возможно некоторые из них казались сонными и уставшими, но большая часть из них, просто приберегала силы для предстоящего праздника, все пахло жизнью, и из дымоходов двухэтажных домов клубился легкий дымок.

И все бы ничего, но в паре дней от праздентства рождества Христова, на улицах города затерялся мальчик, обычный с виду мальчик, ничем не отличавшийся от тысяч других мальчиков. Озорная детвора играла в снежки, веселилась благодаря событию которое заряжало всех силами, настроением и положительными эмоциями.

Мальчик тихо плакал, пока проходили взрослые в суматохе, до вечера всех ждали дома, поэтому мальчугана около стены одного из кирпичных домов было довольно легко не заметить.

Так он и стоял до вечера, да, так бы и остался бы он наверное и по сей день, так как все взрослые уже разбежались, а дети давно были отозваны назад по домам, но за мальчиком никто не шел.

И вот, казалось бы уже надежда потеряна, но пред мальчиком предстал великан.

Очень величавый и сильный, в блестящей шубе, с виду очень теплой и толстой, она блестела как сам снег на котором неуклюже переминался с ноги на ногу мальчик, постепенно пытаясь набраться смелости чтоб глянуть великану в лицо, и вот, в какой — то момент он перевел взгляд на его лицо.

У него были белоснежные волосы, длинная седая борода, такие же седые брови, он был одет в шапку сшитую так же как и его меховая шубейка.

У него смеялись глаза, и он лучезарно улыбался, мальчику он не показался злым, а совсем на против, кажется он почти сразу проникся к этому великану неким доверием.

Великан помог мальчику добраться до дома, и потому что мальчик не проронил ни единой слезинки по дороге, он подарил ему красивый паровоз о котором мальчик мечтал так давно, он был необычайно счастлив, стоя у двери дома он разглядывал подарок, и стоило ему обернуться его доброго друга и след простыл, дверь внезапно распахнулась, и мальчику предстояло еще очень многое пережить, и все же эта история остается в голове у мальчика и по сей день, он долго дивился подарку, который остался при нем до самой старости.

aminoapps.com

Народ, обсуждая увиденное, потихоньку начал расходиться, а Влад все стоял и стоял, глядя в ту сторону, куда машина умчала его мечту. Он не знал, сколько прошло времени, а очнуться его заставил несильный удар в плечо от проходившего мимо парня. Тот, следуя по своим делам, просто пихнул мешавшего ему человека плечом и даже не извинился, но догонять обидчика и выяснять отношения Влад не стал. Глянув на часы, он вздохнул, сожалея о том, что, скорее всего, больше никогда не увидит синеглазого мужчину, а потом поспешил в магазин. Мечты мечтами, а кушать хочется регулярно.

Покупая чай, Самойлов выбрал черный индийский — именно такой любил Никита, — и вновь его мысли вернулись к незнакомцу: «Никита своего Илью вон сколько обхаживал и только в пятницу осмелился с ним познакомиться, да и то Илья первым подошел, так, может, и мне повезет? Вот встречу его однажды на улице или в клубе… А интересно, в какой клуб ходят военные? Надо будет пробить этот вопрос, может, именно там мы и встретимся».

С такими мыслями Влад прилетел домой и, сгрузив покупки на стол, бросился к компьютеру. Задать вопрос поисковику – минутное дело, но, к огромному разочарованию, клубов, любимых военными, оказалось немного, зато баров, особенно спортивных, – больше дюжины.

Самойлов тщательно выписал все адреса, решив обязательно посетить их все, вдруг повезет? При этом он так увлекся, что только по долетевшему до него аромату понял, что уже вечер, Никита разобрал все покупки и приготовил ужин.

— Что бы я без тебя делал? – произнес Влад, выходя в коридор, где друг обувался, собираясь на работу, и тут же встрепенулся. – Кстати, а к вам в бар военные ходят?

— Военные? – Никита задумался, а потом покачал головой. – Вроде бы нет. У нас все больше молодежь с района развлекается, а что?

— Знаешь, только не смейся, но я…

— Влюбился, — закончил за него Луганцов, понимающе улыбнувшись.

— Ага, влюбился. Увидел сегодня на улице и понял, что он именно тот, кого я всегда мечтал видеть рядом с собой.

— Не знаю, в том-то и дело, — тяжело вздохнул Влад. – Знаю только, что он военный, и все.

— Как же ты его искать будешь? – Никита сочувственно покачал головой, понимая, что встретить нужного человека в огромном городе – все равно что иголку в стоге сена искать.

— Хочу по барам походить, может, встречу его где-нибудь.

— А может, на то место вернуться, где ты его видел? – предложил Никита. – Может, он там часто бывает.

— Нет, я его случайно увидел: там учения какие-то были, вот он там и стоял, командовал.

— Тогда надо узнать, что за учения и кто командир, — так будет проще всего. А журналисты или телевизионщики там были? Если да, тогда в газете или по телевизору об учениях точно расскажут.

— Не знаю, не обратил внимания, — Самойлов растерянно замер: ему и в голову не приходило, что все может быть намного проще, чем он себе наметил.

— Тогда включай шестичасовые новости местные, там обязательно расскажут, если снимали. Если нет, ищи в интернете, а завтра новостные газеты вместе просмотрим.

— Спасибо, Ник, — в порыве благодарности Влад обнял друга, а потом бросил взгляд на часы: до начала вечерних новостей еще пара часов, так что можно было спокойно поужинать и просмотреть задания на завтра, ведь учебу еще никто не отменял.

— Не за что, — Никита обнял его в ответ, похлопав по плечу, – только не раскисай раньше времени. Мы его обязательно найдем.

— Не буду. Счастливо отработать.

Ребята расстались, и Влад тут же устремился на кухню набрать еды, а потом переместился с тарелкой к компьютеру, чтобы попытаться поискать в интернете сведения об интересующем его мужчине. Через полчаса он стал обладателем нескольких рассказов об увиденном и фото с мобильников, но нигде не упоминалось, что же за части брали «террористов», да и фотографии командира никто не выложил. Разочарованный Влад чуть не пропустил начало новостей, но и там была сказана всего пара фраз да показан процесс ареста “террористов”. Кто, что, откуда – ни слова. И только в самом конце, когда “арестованных” вели к машине, на заднем плане мелькнул зеленый “бобик” и стоявший возле него мужчина.

От разочарования Самойлов чуть не заплакал, и только просьба друга не раскисать помогла сдержать слезы. И снова были безрезультатные поиски в интернете. Около полуночи, отчаявшись, Влад сам начал задавать интересующий его вопрос на всех форумах, на которых обсуждалась эта тема, но вразумительного ответа так и не дождался.

Вернувшийся после работы Никита чуть ли не силком оттащил Влада от монитора, пригрозив вообще вырубить машину, если друг еще хоть минуту просидит перед экраном.

— Завтра утром посмотришь на ответы. Как проснешься, так и посмотришь. Все равно сегодня ты с ним не побежишь знакомиться, — именно эти слова стали решающим аргументом в пользу сна, и Влад сдался, но будильник выставил на полчаса раньше, чтобы времени хватило на все.

Укрываясь одеялом, Самойлов думал, что волнение не даст ему уснуть, но стоило голове коснуться подушки, как он буквально провалился в сон, чтобы увидеть там ЕГО: мужчина смотрел на него, посмеиваясь, а потом потянулся за поцелуем. Влад, сердце которого чуть не выскочило из груди от восторга, зажмурился, ожидая, когда его коснутся чужие губы, но в этот момент зазвенел будильник. Самойлов подскочил на кровати, проклиная того извращенца, что придумал эту адскую, верещащую по утрам штуку.

— Чего ругаешься? – сонно пробормотал Никита, отворачиваясь к стенке лицом. – Сам его поставил на такую рань.

— Точно! – Влад взвился и бегом бросился к компьютеру, однако, запутавшись в одеяле, едва не растянулся на ковре. Хорошо, стол стоял достаточно близко, так что Самойлов в него буквально врезался, больно ушибив левую ладонь.

Шипя от боли и тихо ругаясь, он включил компьютер и… взвыл: надпись на экране говорила о необходимости внести предоплату за пользование интернетом, чтобы получить доступ в сеть.

— Ну почему?! Почему я такой невезучий?! – хлопнув в сердцах по столешнице, Влад снова взвыл, вновь ушибив и так болевшую руку.

— Влад, успокойся, — Никита обнял его, подойдя сзади, а потом взъерошил несчастному другу волосы, пытаясь приободрить. – Сейчас пойдем на лекции, заглянем в супермаркет — благо он круглосуточный, — оплатим интернет через терминал. Тогда сможешь влезть в свою Всемирную паутину и узнать что захочешь. Нужно только еще немного потерпеть.

— Да, потерпеть. Тебе легко говорить, ведь твой Илья тебя сегодня снова на свидание пригласит, а я… — он горестно шмыгнул носом.

— Хочешь, пойдем с нами, я вас познакомлю.

— Нет уж, — вздохнув, Самойлов отрицательно покачал головой, – не хочу оказаться пятым колесом в телеге. Ты иди сам, а я поищу своего военного. Может, мне наконец улыбнется удача.

— Обязательно улыбнется, — Никита потискал еще немного Влада, как большую игрушку, а потом резко отскочил от него. – Чур, я первый в ванную, — и бросился бежать к заветной двери, весело смеясь.

— Ах ты… — Самойлов бросился следом и дернул за ручку, но защелка уже сработала, отрезая его от заветной цели. Пришлось вежливо постучать в дверь, получив в ответ:

— Занято. Спинку тереть не надо. Поставь лучше чайник.

— У-у, эксплуататор! – выкрикнул Влад, шутя погрозив двери кулаком, а потом отправился на кухню ставить чайник и доставать из холодильника колбасу на бутерброды.

Завтрак прошел в теплой и дружеской обстановке. Потом Влад вспомнил, что накануне вечером даже не открывал задания на этот день, и бросился к учебникам, просматривая заданный материал и одеваясь. Все это время он с тревогой поглядывал на часы, прикидывая, хватит ли ему времени, чтобы заскочить в супермаркет к терминалу. По всему выходило, что времени хватает, но, чтобы попасть вновь на форум, надо было или ждать до обеда, или сбежать с занятий, но тут уже совесть начинала бунтовать: прогуливать очень не хотелось. Не для того Влад поступил в архитектурный, вопреки воле родителей, чтобы вылететь из него за прогулы или неуспеваемость. К учебе он относился довольно серьезно, хоть и не считал себя ботаником или заучкой.

www.litmir.me

Ваш браузер не поддерживается

Награды от читателей:

Публикация на других ресурсах:

Добавьте работу в сборник

Я не знала, который был час, но однозначно было очень поздно. Я стояла, держась за перила и смотря на вид города, а Джейс стоял сзади, обнимая меня.

Теплый ветер дул в лицо и волосы слегка развивались и попадали на лицо Джейса.

— Не верится.- произнесла я.

— А я знаю, кто будет моей парой.- произнес парень.

— Ей, должно быть, крупно повезло.- сказала я, продолжая улыбаться.

— А как мне повезло с ней.- тише произнес парень.

Также я любила его пухлые, теплые губы. Они стали такими родными для меня, я так привыкла к ним. За все наше время я любила его еще сильнее с каждым днем, если это вообще было возможно.

Неожиданно, мы отстранились друг от друга, при этом продолжая наблюдать друг за другом.

Становилось прохладнее, поэтому мы зашли внутрь и всю ночь провели вместе, целуясь и обнимаясь.

— Я.. Я не знаю, честно.- растерянно сказал Дэвид.

— Ты его лучший друг, ты должен знать!- крикнула я.

— Даниэль, сейчас только восемь утра. Я до сих пор не проснулся. Что тебе нужно?

— Отойди!- крикнув, я зашла в дом к другу.

Я взяла телефон Дэвида без спроса и позвонила парню. Сердце бешено стучалось, сердце кололось, а пальцы судорожно дрожали. Что с ним?

— Джейс!- крикнула я отчаянно.

— Я.. просто не было настроения.

— Почему ты мог ответить мне и сказать об этом? Почему ты игнорировал меня?- спросила я, плача.

— Я не хотел портить тебе настроение, честно. Со мной такое бывает, просто.. оставь меня в покое, пожалуйста. И скажи всем нашим, что я не в духе никуда выходить и разговаривать.- произнес Джейс.

— Если любишь меня, не приходи, будет только хуже, пожалуйста. Пойми меня, я хочу быть один сегодня. Я люблю тебя.

— Прости пожалуйста.- сказал он и бросил трубку.

Дэвид сел рядом и обнял меня. Спустя пару минут молчания я наконец рассказала ему о услышанном.

— А мне как быть?- спросила я.

— Успокойся. Ты очень хорошая девушка, Дани, таких как ты- единицы. Завтра поговоришь с ним и все уладиться.- сказал Дэвид.

— Ты когда будешь?- спросил он.

Яркие, серебряные блески на ее платье украшали весь зал. И вообще, она сама украсила весь праздник своим появлением.

Как же Джейс любил, когда на ее губах была красная помада. Она из милой девушки становилось взрослой и сексуальной. Он так гордился, что эта красавица его. Что они принадлежат только друг другу.

— Ты тоже очень хорош, любимый. Тебе так идут костюмы.- сказала она, обнимая его.

Все выглядели эффектно и прекрасно. На Лили было ярко-розовое, пышное платье, на Кайе- синие с кристаллами, а у Дэвида, как и у Джейса, был смокинг, только не чёрного цвета, а синего.

— Хорошо погулять вам, ребят! Повеселитесь за нас!- сказал Стэфан, обнимающий Аманду.

Джейс, вплотную держа Даниэль за талию, не мог убрать взгляда с нее. Она была слишком невероятной. Она была его и только его.

— А ты моя принцесса.. Хотя нет. Ты моя королева.- сказал парень, приближаясь к девушке.

Они оба крепко держались за руки, не отпуская друг друга.

Этот красочный праздник прошел довольно быстро для ребят и навсегда запомнился в их жизнях.

Впереди у ребят- лето, что значит, что еще больше приключений их всех ждет.

ficbook.net

Странный, отдающийся в голове звон не сразу разбудил Стиора, он еще довольно долго сидел на краю кровати и тряс головой, пытаясь прийти в себя и понять, что же случилось. Только вылив на голову с полкувшина холодной воды, старый маг осознал — звон доносится сверху, из Хранилища. И, похоже, этот звон издает именно то, хранителем чего он был уже седьмой десяток лет. Стиору стало дурно, перед глазами поплыли темные круги.

«Но ведь… — с трудом прошептал он пересохшими губами. — Но ведь… Ну, не может это случиться, так же не бывает, чтобы вот так-то… Почему не тогда, когда я мечтал об этом, ну почему?!»

Даже не накинув халата, как был, в старых штопаных подштанниках, маг вылетел из спальни и понесся по лестнице наверх. Он никак не мог поверить, что это случилось при его жизни, давно подыскивал себе замену и надеялся спокойно дожить отпущенные провидением годы. Ведь не было никаких признаков, ничто не предвещало рождения Троих, да вот, родились, будь они неладны. Давным-давно учитель говорил тогда еще молодому и горящему жаждой деятельности магу, что сменится не одно поколение хранителей, прежде чем случится то, что должно произойти. И что никак не ему, Стиору арн Наду, быть ответственным за великое Возрождение. И вот — на тебе, сподобился… Да еще и в старости, когда сил уже нет совсем. Ему недавно стукнуло сто двенадцать лет, и маг, хотя выглядел лет на пятьдесят, искренне считал себя глубоким стариком. Самым страшным было, что у него до сих пор нет ученика, некого отправить вместо себя на поиски родившегося, да просто довериться некому.

«Будь оно все проклято!» — выругался старый маг и в сердцах стукнул по стенке, ушибив руку.

Он молча пожевал губами и подошел к нише, где хранился все эти десятилетия Потерянный Жезл. Коротким заклинанием маг заставил проклятую штуковину замолчать — не хватало только, чтобы кто-нибудь услыхал этот звон и заинтересовался: а что это происходит в башне старого отшельника? Особенно — кто-нибудь из других магов… Тогда за его старую шкуру нельзя будет дать и ломаного гроша, а преемника нет, не сумел, к сожалению, найти талантливого бунтаря. Достаточно смелого, чтобы прикоснуться к запретному. Да, буквально все, с кем сталкивался Стиор в последние несколько десятилетий, мыслили штампами, и никто не желал ни над чем задумываться. Попадались, безусловно, и очень талантливые, умные люди, но и они не осмеливались переступить через возведенный в сознании барьер. Не пытались переосмыслить вбитые с детства догмы. Магия Тьмы испокон веков была вне закона, считалась страшным злом, против которого все средства хороши. Даже здесь, в империи, где привечали всех и каждого вне зависимости от их вида. Однако Тьму почему-то огульно объявили злом, даже не задумываясь, что это несправедливо. Никому не пришло в голову спросить: «Почему? За что?» Никому…

Тяжело вздохнув, Стиор приложил Потерянный Жезл ко лбу. Тот мягко зажужжал и начал погружаться в его череп. Это не было иллюзией, при Слиянии жезл действительно становился на некоторое время единым целым с мозгом мага. Через несколько мгновений его уже не было видно, только легкое свечение в глазах старика говорило, что что-то здесь не так. Стиор всегда ненавидел Слияние, ему дорого обходились полученные таким образом знания — несколько суток дикой мигрени порой. Но иного выхода нет. Он не строил иллюзий и понимал, что вскоре по следу родившихся этой ночью пойдут лучшие ищейки Церкви и Конторы. При воспоминании о последней Стиор содрогнулся — казалось, люди проклятого Вихря вездесущи. Старик стоял, держась рукой за стену, пока информация с жезла усваивалась мозгом. Колени противно дрожали от слабости, все тело покрывал пот, он тяжело дышал. Но, в конце концов, пытка закончилась.

Маг присел на стоящий в другом углу табурет, слегка отдышался и прикрыл глаза, одновременно произнося слово активации. Перед глазами тут же вспыхнула карта родного мира. Дзарн. Дзи-Ар. Лли-Эл. Тхорворд. Танр. Сам Стиор предпочитал последнее имя, так как был родом из Крон Арингара, необычной страны с двумя равноправными столицами, где жило больше гномов, чем людей. В свое время гномы из старого рода Ганказад поселились на освобожденных от эльфов землях и построили два города, Крон и Арингар. Много позже там появились люди и расселились рядом со своими низкорослыми соседями. Гномы поначалу не обращали на них внимания, но потом пришлось — человеческое честолюбие не знало пределов, и люди захватили Арингар. Однако через столетие, как это ни странно, бывшие враги объединились, и в Крон Арингаре стали править две династии — гномья и человеческая, причем, вместе. Когда пришла Церковь, кронарингарцы вынужденно приняли веру в Спасителя, и их оставили в покое.

Стиор был сыном уличной шлюхи, умершей родами, и выжил буквально чудом, оказавшись на улицах Крона с раннего детства. Как-то так вышло, что малыша подобрал старик-гном, тоже нищий, без кола и двора. Поэтому будущий маг с детства куда лучше знал гномов, чем людей. Да о чем речь, его первой женщиной стала симпатичная гнома, неизвестно почему заинтересовавшаяся худым нескладным юнцом. При воспоминании об этом старик мимолетно улыбнулся — таких эпизодов у него в жизни было очень мало, и он берег память о каждом, как о чем-то драгоценном. В те времена он задумывался о чем угодно, но и представить себе не мог того, что вскоре случится. Стиору в голову не приходило, что он станет одной из «черных ворон», как, плюясь, называли магов в Крон Арингаре. Скажи ему кто об этом, он бы долго смеялся. Только от судьбы не уйдешь. От многого старик хотел бы отказаться в своей нескладной жизни, но это было невозможно. Учитель приучил его смотреть в глаза реальности и не строить иллюзий. Никаких и никогда.

rubooks.org

Странный, отдающийся в голове звон не сразу разбудил Стиора, он еще довольно долго сидел на краю кровати и тряс головой, пытаясь прийти в себя и понять, что же случилось. Только вылив на голову с полкувшина холодной воды, старый маг осознал – звон доносится сверху, из Хранилища. И, похоже, этот звон издает именно то, хранителем чего он был уже седьмой десяток лет. Стиору стало дурно, перед глазами поплыли темные круги.

«Но ведь… – с трудом прошептал он пересохшими губами. – Но ведь… Ну, не может это случиться, так же не бывает, чтобы вот так-то… Почему не тогда, когда я мечтал об этом, ну почему?!»

Даже не накинув халата, как был, в старых штопаных подштанниках, маг вылетел из спальни и понесся по лестнице наверх. Он никак не мог поверить, что это случилось при его жизни, давно подыскивал себе замену и надеялся спокойно дожить отпущенные провидением годы. Ведь не было никаких признаков, ничто не предвещало рождения Троих, да вот, родились, будь они неладны. Давным-давно учитель говорил тогда еще молодому и горящему жаждой деятельности магу, что сменится не одно поколение хранителей, прежде чем случится то, что должно произойти. И что никак не ему, Стиору арн Наду, быть ответственным за великое Возрождение. И вот – на тебе, сподобился… Да еще и в старости, когда сил уже нет совсем. Ему недавно стукнуло сто двенадцать лет, и маг, хотя выглядел лет на пятьдесят, искренне считал себя глубоким стариком. Самым страшным было, что у него до сих пор нет ученика, некого отправить вместо себя на поиски родившегося, да просто довериться некому.

Старик вздохнул, остановившись у резной, черного дерева двери. Что ж, ему «повезло», и теперь придется расхлебывать заварившуюся кашу.

«Будь оно все проклято!» – выругался старый маг и в сердцах стукнул по стенке, ушибив руку.

Он молча пожевал губами и подошел к нише, где хранился все эти десятилетия Потерянный Жезл. Коротким заклинанием маг заставил проклятую штуковину замолчать – не хватало только, чтобы кто-нибудь услыхал этот звон и заинтересовался: а что это происходит в башне старого отшельника? Особенно – кто-нибудь из других магов… Тогда за его старую шкуру нельзя будет дать и ломаного гроша, а преемника нет, не сумел, к сожалению, найти талантливого бунтаря. Достаточно смелого, чтобы прикоснуться к запретному. Да, буквально все, с кем сталкивался Стиор в последние несколько десятилетий, мыслили штампами, и никто не желал ни над чем задумываться. Попадались, безусловно, и очень талантливые, умные люди, но и они не осмеливались переступить через возведенный в сознании барьер. Не пытались переосмыслить вбитые с детства догмы. Магия Тьмы испокон веков была вне закона, считалась страшным злом, против которого все средства хороши. Даже здесь, в империи, где привечали всех и каждого вне зависимости от их вида. Однако Тьму почему-то огульно объявили злом, даже не задумываясь, что это несправедливо. Никому не пришло в голову спросить: «Почему? За что?» Никому…

Стиор был сыном уличной шлюхи, умершей родами, и выжил буквально чудом, оказавшись на улицах Крона с раннего детства. Как-то так вышло, что малыша подобрал старик-гном, тоже нищий, без кола и двора. Поэтому будущий маг с детства куда лучше знал гномов, чем людей. Да о чем речь, его первой женщиной стала симпатичная гнома, неизвестно почему заинтересовавшаяся худым нескладным юнцом. При воспоминании об этом старик мимолетно улыбнулся – таких эпизодов у него в жизни было очень мало, и он берег память о каждом, как о чем-то драгоценном. В те времена он задумывался о чем угодно, но и представить себе не мог того, что вскоре случится. Стиору в голову не приходило, что он станет одной из «черных ворон», как, плюясь, называли магов в Крон Арингаре. Скажи ему кто об этом, он бы долго смеялся. Только от судьбы не уйдешь. От многого старик хотел бы отказаться в своей нескладной жизни, но это было невозможно. Учитель приучил его смотреть в глаза реальности и не строить иллюзий. Никаких и никогда.

Старому магу очень не хотелось покидать насиженное место. Он уже больше пятидесяти лет жил в своей башне, доставшейся от учителя, и успел к ней привыкнуть, даже сродниться, что ли. Империя Над была единственной страной на Танре, где к магам относились вполне лояльно и даже уважительно. Их не травили, не жгли на кострах, как во всем остальном мире. Церковь, конечно, имела определенное влияние и здесь, но была отделена от государства и никак не влияла на политику, что безмерно раздражало святых отцов. Императоры династии арн Над цепко держали власть, и их подданным жилось неплохо – налоги были невысоки, как и цены, поэтому жили в империи куда богаче многих иных стран. И уж никогда не было здесь беспросветной нищеты и отчаяния, царящих в «святом» Фалноре, оплоте воинствующей Церкви Спасителя. Там за неосторожно сказанное слово человека объявляли еретиком и отправляли на костер. А уж о магии и не заикнись. Магов и всех нелюдей, кроме гномов, эльфов и сатиров, объявили недостойными жизни, подлежащими искоренению во имя заветов Спасителя. Да еще грифонам позволяли жить. Но их не считали разумными – детей отбирали у родителей совсем маленькими и выращивали полуживотными, предназначенными только для перевозки всадников.

Церковь пыталась насадить такие порядки во всем мире, но это не больно-то у святых отцов получалось – нелюди почему-то не хотели покорно умирать во славу Спасителя и упорно сопротивлялись. Да и империя принимала всех без разбору – драконов, дварфов, сатиров, гномов, орков, людей, эльфов, грифонов – всех изгнанников и беглецов, давая им дом и работу по способностям. Живи еще в этом мире дзенны, и они нашли бы себе новый дом в Наде. Если бы, конечно, гордые до безумия древние согласились принять чужую помощь, что было весьма сомнительно – обычно дзенн предпочитали смерть. Церковь присутствовала и в империи, но вмешиваться во что-либо церковникам не давали. А за пропаганду нетерпимости в тот же день высылали из страны. Вот и приходилось святым отцам соблюдать величайшую осторожность в проповедях.

Фалнор часто воевал с империей Над, но все страны вокруг нее тут же сплачивались, выступая против Церкви единым фронтом, и сообща сокрушали армию паладинов – слишком боялись усиления позиций святых отцов. Но каждый раз такая война стоила большой крови. Больше всех обычно доставалось Ландзаду, граничащему с Фалнором на севере. Хотя империя Над всегда приходила на помощь, разрушения на территории Ланзада были огромны, паладины не щадили никого и никогда. Любой, вставший на защиту семьи, объявлялся слугой Зверя, еретиком и отступником. А потом безжалостно уничтожался вместе с этой самой семьей. Не щадили даже младенцев. Ни города, ни деревни не оставалось после прохода армии Святой Матери-Церкви, только выжженная, мертвая пустыня. Миль двести пограничных территорий Ландзада стояли безжизненными – никто не рисковал селиться там. Лишь отдельные небольшие гарнизоны смертников находились у границы, чтобы успеть предупредить об очередном нашествии паладинов.

Маг недовольно поморщился и потер переносицу, вспоминая все это. Он принялся разрабатывать маршрут своего путешествия, тщательно, как привык делать все. Так приучил его еще учитель, а позже он и сам убедился в преимуществе такого подхода.

Итак, Коствад находится в центре другого большого материка Танра – Арбадона, в северном полушарии. Придется проделать долгий путь. Быстрее всего добираться туда сушей через Ландзад и Фалнор, а потом морем – до какого-нибудь из портовых городов Джоудана. Если бы у последнего еще существовали портовые города… От них, к сожалению, остались только развалины. Разве что уговорить моряков высадить его где-то на «проклятом» побережье. И опять сушей до Коствада. Так ведь не уговоришь, побоятся и приближаться, сколько кораблей, пытавшихся подойти к берегам некогда богатой и процветающей страны, бесследно исчезли.

Было у такого маршрута еще одно серьезное «но» – уже сотни лет ни один из магов без крайней необходимости не рисковал приезжать в Фалнор. В молодости Стиор побывал там под видом монаха и едва спасся – его вычислили уже через две недели, пришлось спешно бежать. С трудом ушел – фалнорские спецслужбы работали хорошо. Да и в других странах Церкви магу тоже нежелательно появляться. Ни в Анзамене, ни в Вораме, ни в Лодуне, ни в Туаге, ни в Кадаире. Ищущие Святой Инквизиции обладали какой-то странной силой и отыскивали прячущихся магов очень быстро. Судьба пойманных «врагов Спасителя» была одинаковой – несчастные умирали долго и страшно.

read24.ru