До боли сжала руку в кулаке

«Сжала руки под темной вуалью…» А. Ахматова

«Сжала руки под темной вуалью…» Анна Ахматова

поэзии Сжала руки под тёмной вуалью…

«Отчего ты сегодня бледна?»

— Оттого, что я терпкой печалью

Напоила его допьяна.

Как забуду? Он вышел, шатаясь,

Искривился мучительно рот…

Я сбежала, перил не касаясь,

Я бежала за ним до ворот.

Задыхаясь, я крикнула: «Шутка

Всё, что было. Уйдешь, я умру.»

Улыбнулся спокойно и жутко

И сказал мне: «Не стой на ветру».

Анализ стихотворения Ахматовой «Сжала руки под темной вуалью…»

Анна Ахматова является одной из немногих представительниц русской литературы, которая подарила миру такое понятие, как женская любовная лирика, доказав, что представительницы слабого пола могут не только испытывать сильные чувства, но и образно излагать их на бумаге.

Стихотворение «Сжала руки под темной вуалью…», написанное в 1911 году, относится к раннему периоду творчества поэтессы. Это – великолепный образец интимной женской лирики, который до сих пор остается загадкой для литературоведов. Все дело в том, что данное произведение появилось спустя год после бракосочетания Анны Ахматовой и Николая Гумилева, однако не является посвящение мужу. Впрочем, имя таинственного незнакомца, которому поэтесса посвятила множество стихов, наполненных грустью, любовью и даже отчаяньем, так и осталось тайной. Люди из окружения Анны Ахматовой утверждали, что она никогда не любила Николая Гумилева и вышла за него замуж лишь из сострадания, опасаясь, что рано или поздно он все же выполнит свою угрозу и покончит жизнь самоубийством. Между тем, на протяжении их недолгого и несчастливого брака Ахматова оставалась верной и преданной женой, не заводила романов на стороне и очень сдержанно относилась к почитателям своего творчества. Так кто же тот таинственный незнакомец, которому было адресовано стихотворение «Сжала руки под темной вуалью…»? Вероятнее всего, его попросту не существовало в природе. Богатое воображение, нерастраченное чувство любви и несомненный поэтический дар стали той движущей силой, которая заставила Анну Ахматову выдумать для себя таинственного незнакомца, наделить его определенными чертами и сделать героем своих произведений.

Стихотворение «Сжала руки под темной вуалью…» посвящено ссоре между влюбленными. Причем, остро ненавидя все бытовые аспекты взаимоотношений людей, Анна Ахматова умышленно опустила ее причину, которая, зная яркий темперамент поэтессы, могла быть самой банальной. Картина, которую рисует в своем стихотворении Анна Ахматова, рассказывает о последних мгновениях ссоры, когда все обвинения уже высказаны, и обида до краев переполняет двух близких людей. Первая строчка стихотворения свидетельствует о том, что его героиня очень остро и болезненно переживает случившееся, она бледна и сжала руки под вуалью. На вопрос о том, что же произошло, женщина отвечает, что «терпкой печалью напоила его допьяна». Это означает, что она признает свою неправоту и раскаивается в тех словах, которые причинили столько горя и боли возлюбленному. Но, понимая это, также отдает себе отчет и в том, что поступить по-другому – значит, предать саму себя, позволив кому-то другому управлять ее мыслями, желаниями и поступками.

Не менее тягостное впечатление произвела эта ссора и на главного героя стихотворения, который «вышел, шатаясь, искривился мучительно рот». Остается лишь догадываться, какие чувства он испытывает, так как Анна Ахматова четко придерживается правила о том, что пишет о женщинах и для женщин. Поэтому строчки, адресованные противоположному полу, при помощи небрежных штрихов воссоздают портрет героя, показывая его душевное смятение. Финал стихотворения трагичен и наполнен горечью. Героиня пытается остановить возлюбленного, однако в ответ слышит ничего не значащую и довольно банальную фразу: «Не стой на ветру». В любой другой ситуации ее можно было бы растолковать, как проявление заботы. Однако после ссоры она означает лишь одно – нежелание видеть ту, которая способна причинять такую боль.

Анна Ахматова умышленно избегает говорить о том, возможно ли вообще примирение в такой ситуации. Она обрывает свое повествование, предоставляя читателям возможность самостоятельно домыслить, как дальше развивались события. И этот прием недосказанности делает восприятие стихотворения более острым, заставляя вновь и вновь возвращаться к судьбе двух героев , которые расстались из-за нелепой ссоры.

pishi-stihi.ru

Читать книгу «Лучшая академия магии 2, или Попала по собственному желанию» онлайн

Чувствую, как нагревается амулет на шее.

Валун все ближе. Секунда, другая… Зажмурилась. Даже не верится, что вот она — смерть.

Тишина. Жду боли. Ничего не происходит. Только нос сильно чешется.

Открываю глаза и вижу невероятное. Валун завис в воздухе прямо надо мной.

— Гу-у-ув, Гувчик, вставай, миленький, и как можно скорее.

Тролль зашивелился, с трудом поднимаясь на колени. Валун над нами тоже приподнялся. На четвереньках, глухо ворча, мой тролль выползает из под огромного камня, и тот тут же обрушивается на землю.

— Я знаю, тебе плохо, малыш, но надо собраться. Нас хотят убить. Они обидели Черби и Стефу. Это уже не игра, и сражаться мы с тобой будем изо всех сил.

Заметила, как в нашу сторону, с вершины горы, откуда покатился валун бегут два тролля. До боли закусила губу и сжала кулаки. Мы еще посмотрим, кто кого.

С ревом, один из троллей швыряет в мою сторону ледяную глыбу. Гув успевает отпрыгнуть. Второй вражеский тролль запустил в нас булыжником, но тоже мимо. Никогда еще мой тролль не проявлял такой прыткости, тем более, еще толком не отойдя от заклинания стазиса.

Поставил защиту, и теперь на какое-то время заклинания наездников мне будут не страшны.

Тролли наконец добежали. Мы с Гувом стоим спокойно, чтобы не растрачивать попусту энергию, а вот враги запыхались.

В меня ударяют серией заклинаний, но защита спасает от них.

Поняв, что магией действовать бесполезно пока, наездники навязывают ближний силовой бой.

Двое против одного. Тем не менее, мой Гув раз за разом раскидывает нападающих, нанося им увечья. Я почти не управляю Гувом, поскольку тряска такая, что остается только держаться покрепче, и надеется, что душа из тела не вылетит.

В какой-то момент вражеские тролли стали отступать. Один хромает, другой придерживает пострадавшую руку, из которой обильно течет кровь.

Гув яростно победно ревет. Молодец, мой тролль. Вот только это еще не конец сражения.

Наконец замечаю Стефу и Черби. Третий тролль, с которым сражалась моя подруга, стоит от нас достаточно далеко и, словно смотрит прямо на нас с Гувом, чего-то ожидая. В кулаке тролля зажат хвост синей птицы. Великан держит скрега вверхтормашками. Крылья Черби безжизненно опущены к земли. Сама хозяйка скрега, похоже без сознания, если не хуже. Тело обмякло, лица отсюда не разглядеть, но явно, что в седле девушку удерживают лишь страховочные троссы. Только бы Стефа была жива!

Тролль, с зажатой в кулаке птицей, медленно, демонстративно вытягивает руку, и скрег повисает… что же там? Издалека, это словно какая-то черная длинная неровная полоса в каменной плато. Ущелье?

Вражеский тролль хочет скинутьскинуть Стефу вниз? Забыв обо всем, мы с Гувом мчимся к Черби.

Я, словно, в замедленной съемке, наблюдаю за тем, как чужой тролль медленно разжимает пальцы с зажатой в них птицей. Молюсь о том, чтобы успеть, но все-таки, опаздываю.

Гув с силой толкает вражеского тролля, отпихивая того в сторону от ущелья, но Черби уже отпущен в черную бездну.

Я не задумалась ни на одну секунду, ведь даже малейшая доля промедления, и все. Гуву даже не надо было приказывать. Мы прыгнули всед за Стефой и Черби, и уже в падении, Гув сумел схватить синюю птицу и прижать к груди.

Летели вниз мы хоть и быстро, но как-то очень долго. А потом был резкий удар о землю и я потеряла сознание.

Резко очнулась очнулась и тут же закашлялась. Легие отчего-то сильно жжет, и либо я ослепла, либо вокруг кромешная тьма.

Откашлялась. Стало легче.

— Ника, — мое имя произнесенно тихо и хрипло. Мне сначала показалось, что и вовсе послышалось, но тут я вспомнила недавние события.

— Стефа! Как ты?! Где ты? — рвусь туда, где мне послышался голос, но остаюсь на месте. Меня прочно удерживают крепежные ремни тролльего седла.

Попробовала зажечь свет в руке с помощью магии, и ничего не вышло. Испугалась до заикания, такого, чтобы у меня не получались простенькие заклинания, уже давно не было. Тут явно что-то случилось. Вот только что? Где мы? На дне ущелья?

Кое-как, на ощупь, отстегиваю ремни и то и дело зову Стефу. Девушка не откликается, Гув молчит и не шевелится, скрега тоже не слышно. Мне просто до безумия страшно.

knigochei.net

Анализ стихотворения Ахматовой «Сжала руки под тёмной вуалью…»

Анна Андреевна Ахматова – необычайно талантливая поэтесса. Она начинает писать, как модернист, а завершает своё творчество писателем, который блестяще владеет умением изображать в произведениях реалистическую действительность.

А. Ахматова – одна из немногих русских поэтесс, вписавших своё имя в историю поэзии нашей Родины. Она «научила женщин говорить», и это до последнего дня было предметом её гордости.

Произведение «Сжала руки под тёмной вуалью…» является эталоном её любовной лирики, в котором присутствует и неразрешимое любовное столкновение, особенная обострённость чувства, и реальное ощущение страданий и переживаний героини.

Анна Ахматова заинтересована в наиболее драматических моментах взаимоотношений своих героев. Основными методы, которыми поэтесса выражает всю силу их страданий, являются портретные детали, такие как особенности походки – «он вышел, шатаясь», жестикуляция – «сжала руки под тёмной вуалью», мимика – «искривился мучительно рот».

В поэтическом произведении «Сжала руки под темной вуалью…» сюжетная линия как бы оборвана, о чём свидетельствует множество многоточий. Тот, кто будет читать это стихотворение, так и не сможет понять, из-за чего же поссорились влюблённые. Вероятно, для автора это не представлялось значительным. Зато поэтесса делает акцент на любовных муках, метаниях влюблённых, в отношениях которых есть некоторое недопонимание.

С помощью образа «тёмной вуали» в начале стихотворения Ахматова весь дальнейший сюжет покрывает, как бы вуалью таинственности, и помогает любителям поэзии прочувствовать атмосферу её времени, когда в моде у женщин были шляпы с вуалями, а в любовных отношениях присутствовало больше романтики и трепетности, нежели в наше время. Дама осознавала, как она прекрасна, готовила себя к любовным отношениям. Ей дозволено было немало, однако чтобы считаться состоявшейся, она должна была удачно устроить свою личную жизнь. Вот и ответ на вопрос, почему главная тема того времени – взаимоотношения с противоположным полом. Во время создания лирического образа главной героини Анна Андреевна всегда уделяла большое внимание её внешности. В данном случае поэтесса приравнивает тёмную вуаль к таким романтическим аксессуарам дамского гардероба, как кольца и перчатки. Вследствие этого образ её героини становится изысканно оконченным.

В первой строфе звучит откровенный диалог главной героини с тайным собеседником. Кто соучаствовал в этом разговоре, так и осталось неизвестным. В стихотворении преобладает настроение названное «терпкой печалью». И печаль эта сравнивается с вином, которое вкусил герой из рук своей возлюбленной.

Поэтическое произведение «Сжала руки под темной вуалью…» было создано в 1911 году. Это ранний период творчества Анны Андреевны, потому здесь так явно проявил себя модернизм. В стихотворении присутствует также довольно высокое художественное обобщение. Основная идея произведения заключается в том, что нежный и непрочный мир романтических отношений вдруг в один момент может рухнуть, по обыкновению в такой ситуации ничего спасти и вернуть уже нельзя.

Это стихотворение написано поэтессой как бы с целью предупредить всех возлюбленных, что с любовью играть нельзя. В конце стихотворения тема любви переплетается с темой смерти:

«Задыхаясь, я крикнула: «Шутка

Всё, что было. Уйдёшь, я умру».

Лирическая героиня Ахматовой не мыслит себе жизни без любви. Если она утратит эту любовь, то и жить ей не зачем. Возлюбленный покинул её – и это привело героиню в отчаяние. Так и остаётся непонятным, ей нечем дышать из-за быстрого бега или от того, что жизнь без любимого утрачивает всякий смысл. Боль душевных мук возлюбленных приравнивается здесь к физическим страданиям. Стихотворение само по себе построено так, что читатель сразу же прочувствует это. При прочтении слов героини в середине каждой фразы делается пауза, будто бы у возлюбленной от волнения не хватает дыхания, чтобы завершить свою речь.

И самое невыносимое для неё то, что даже при прощании, он волнуется о ней, своей любимой:

И сказал мне: «Не стой на ветру».

Так великая русская поэтесса подводит читателя к тому, что между возлюбленными должна быть обоюдная ответственность, как за свои поступки, так и друг за друга. Любовь не может быть только удовольствием, с ней нельзя шутить, поскольку такие отношения могут закончиться разбитыми судьбами.

school-essay.ru

До боли сжала руку в кулаке

В лицо ударила волна такого холода, что перехватило дыхание. В помещении не было ничего, кроме металлической трубы, идущей вдоль стены, и кучи тряпья в углу. Из иллюминатора высоко под потолком падал скудный свет. Джейс с опаской шагнул внутрь, присмотрелся и понял, что в углу никакое не тряпье. Там лежал человек.

Сердце вновь начало бешено колотиться, как незакрытая дверь в бурю.

Пол был липким от крови, подошвы сапог отдирались от него с отвратительным хлюпающим звуком. В углу скорчился темноволосый парень в джинсах и синей футболке. Джейс склонился над ним, взял за плечо, перевернул и в ужасе уставился в застывшие карие глаза на белом лице. Это был Саймон. На горле и запястьях у него зияли чудовищные раны с рваными краями. Джейс осел на колени рядом с бездыханным телом и с тоской подумал о Клэри, о том, как она до боли сжимала его руки в своих маленьких пальцах и умоляла: найди Саймона! Я знаю, ты сможешь.

Он нашел. Но слишком поздно.

Когда Джейсу исполнилось десять, отец объяснил ему, как правильно убивать вампиров. Пронзить колом, отрезать голову и сжечь, как фонарь из тыквы. Испепелить на солнце. Или выпустить из жил всю кровь. Вампирам нужна кровь, чтобы жить, как машине нужен бензин. Судя по ранам Саймона, Валентин избрал последний способ.

Джейс протянул руку и закрыл Саймону глаза. Если Клэри придется его увидеть, лучше уж не таким.

Он хотел подтянуть ворот футболки повыше, чтобы прикрыть рану на шее, и тут Саймон шевельнулся. Веки дрогнули и снова открылись, сверкнули белки. Саймон еле слышно захрипел, верхняя губа приподнялась, обнажая острые клыки. В рассеченном горле заклекотало дыхание.

Джейс ощутил подступившую дурноту. Саймон еще жил. Но какую же он должен испытывать боль! Он не может регенерировать, не может залечить раны без…

Джейс отпустил воротник Саймона, зубами задрал рукав и глубоко рассек себе руку вдоль предплечья зазубренным концом железного прута. Из раны выступила кровь. Джейс чувствовал ее резкий медный запах. Прут выскользнул из пальцев и с металлическим звоном упал на пол.

Саймон не двигался. Кровь уже бежала ручьем по саднящему запястью. Джейс поднес руку к самому его лицу, так, чтобы капли падали прямо в рот. Никакой реакции. Тогда Джейс приблизился вплотную, прижал порез к губам Саймона и прошипел, выдыхая облачка пара:

— Да пей же ты, идиот! Пей, тебе говорю!

Сначала ничего не произошло. Потом Саймон закрыл глаза, и Джейс ощутил в запястье резкий укол. Саймон впился в его руку выше локтя, выгнул спину и вонзил клыки еще глубже. Руку обожгла боль.

— Эй-эй, полегче! — сказал Джейс.

Саймон уставился на него темными глазами. Белков уже не было видно, щеки покрылись лихорадочным румянцем. Он разжал хватку и оскалился, обнажив обагренные клыки.

Джейс даже не успел опомниться. Саймон с невероятной скоростью вскочил, сшиб его на пол, навалился сверху и вонзил зубы ему в шею. В ушах звенело. Джейс попытался вырваться, но безуспешно — Саймон прижимал его к полу стальными руками, крепко вцепившись пальцами в плечи. Боль ослабла, притупилась и стала почти приятной — как бывает приятным обжигающее прикосновение стило. Накатила сонная истома, мышцы расслабились, Джейс перестал отталкивать Саймона — скорее наоборот, притягивал ближе. Замедлялось и угасало сердцебиение, зрение туманилось, перед глазами возникала мерцающая тьма, и это было очень странно и очень красиво. Он закрыл глаза и…

Шею резанула острая боль. Джейс вскрикнул и очнулся. Саймон сидел у него на груди, прижимая ладонь к губам. От жутких ран не осталось даже следа, только свежая кровь пятнала футболку.

Сонное оцепенение прошло — заныли ушибленные плечи, рассеченная рука, прокушенная шея. В ушах перестала стучать кровь, но Джейс знал, что сердце в груди продолжает биться.

Саймон отнял руку ото рта, клыки уже спрятались.

— Я чуть не убил тебя! — прошептал он извиняющимся голосом.

— Я чуть тебе этого не позволил, — сказал Джейс.

Саймон булькнул, скатился с Джейса и рухнул на пол, съежившись. Сквозь бледную кожу на его шее просвечивали вены — голубоватые и лиловые. Вены, полные крови.

Моей крови. Джейс сел, нашарил за поясом стило и принялся выводить на плече «иратце». Стило двигалось тяжело и медленно, как будто он тащил свинцовую трубу по футбольному полю. Голова раскалывалась. Джейс закончил руну и прислонился к стене, тяжело дыша. Моя кровь в его жилах.

— Прости меня, — произнес Саймон. — Я очень, очень виноват…

Исцеляющая руна начала действовать, боль постепенно уходила, в голове у Джейса прояснилось, и сердцебиение пришло в норму. Он осторожно встал, ожидая приступа головокружения. Саймон все так же сидел на полу, опустив глаза. Джейс рывком поднял его на ноги:

— Хватит извиняться. Пошли. Валентин похитил Клэри, время дорого.

Как только пальцы Клэри сомкнулись на рукояти Меча смерти, их пронзил леденящий холод, и Клэри вскрикнула от боли. Валентин с интересом наблюдал, как она отчаянно пытается удержать Меч в немеющих руках. Клинок выскользнул и со звоном упал на железный пол. Молниеносным движением Валентин подхватил его.

— Ты и в самом деле думала, что я подпущу тебя к оружию, которое ты сможешь обратить против меня? — спросил он с отвращением. — Ты, видимо, не поняла ни единого слова из того, что я тебе говорил. Неужели только один из моих детей способен осознать истину?

На ладони Клэри краснел саднящий рубец. Она сжала руку в кулак, почти радуясь боли.

rubooks.org

Любовная фантастика – читать онлайн бесплатно!

в себя прямой нос, хищный разлёт бровей, ровные, чётко очерченные губы и подбородок. Мужественное лицо украшал небольшой шрам. Именно украшал, нисколько его не портил. Он протянулся тонкой полоской от виска к скуле, придавая обладателю некий шарм и опасность. Шрам намекал: с этим мужчиной шутить нельзя. Яркий, колоритный, серьёзный персонаж для моей будущей работы.

– Ух… – выдохнула я, следя за тем, как мужчина снимает перчатку.

Я отрицательно мотнула головой. Добродушный увалень Михи в планы на семейную жизнь не входил.

– Встань, – приказал незнакомец.

Медленно поднялась, не сводя с него глаз. Просто не могла оторваться.

– Руку дай, – произнёс мужчина и наклонился.

– Протяни руку, девочка, – произнёс он голосом, каким могут только повелевать.

Заворожённая тем, как ласково он меня назвал, я бездумно протянула слегка озябшие пальцы. Тогда он крепко схватил меня за ладонь. Рукопожатие оказалось сильным, тёплым, даже надёжным. А потом пришла резкая боль.

Я вырвала руку. Крепко сжала кулак. С непониманием и обидой посмотрела на человека, глаза которого словно смеялись надо мной.

– Увидимся, – чуть прищурился незнакомец.

В следующее мгновение порыв ветра едва снова не опрокинул меня на землю. Я чудом устояла на ногах. Тёмный вихрь исчез с площади так же внезапно, как и появился, словно его и не было никогда. Только вот болели колени да руку жгло, напоминая о странной встрече.

Я раскрыла ладонь и громко охнула. На ней красовался мерцающий голубым светом знак. Таких рун я раньше не видела. С осторожностью коснулась, потёрла, намочила слюной, но метка несмываемым пятном проникла под кожу.

– Ну что за невезение! – простонала я и снова заплакала.

Но нужно быть дурой, чтобы не понять, что на меня поставили магическое клеймо. Что оно значит, я не имела представления. Площадь потихоньку наполнялась шумом. Вокруг собирались люди. Я спрятала руку, слыша обрывки фраз.

– Рассказывай! Ты видел хоть одну из его любимых? Слышал? Они все сгинули во мраке безвременья.

– Да-да. И жены у него до сих пор нет. Вон уже четыре королевства обошёл. В наше явился.

– Милая! Евкия! Да что ж тебе так не везёт? – сзади меня сгрёб в объятия Михи. Наконец добежал. – Хорошо, обошлось. Живая осталась. Идём же, идём! Ехать домой пора. А я дурак… Не проводил тебя, побоялся телегу оставить! Чего он хотел?

Михи потащил меня к телеге. Усадил на неё, протянул бумажный свёрток с чем-то твёрдым. Я собиралась его взять, когда громила увидел знак.

– Как же так?! – вдруг охнул мужчина.

Он схватил меня за запястье, заставляя раскрыть ладонь. Затем на его лице отразилось такое горе, что я чуть сама не грохнулась в обморок. От страха за себя. Словно он меня похоронил тут же в телеге на рыночной площади. Моя нервная система и так уже давала сбои, про психику вообще молчу. Спасала любовь к мистике и эзотерике, иначе я бы уже ходила как китайский болванчик, улыбаясь всем и всему подряд. А так…

Я твёрдо знала, что во всех сказках выход есть. Попаданка спасётся. Это придавало сил, но они растворялись, когда я чувствовала рукой твёрдую поверхность телеги, видела мужлана в шубе, рунический знак на ладони и понимала, что не сплю, что это моя новая жизнь. Никакой не квест. Как оказалось, квестами здесь называют птиц.

Мир, до боли напоминавший мир русского Средневековья, им не являлся. Походил на привычный, но не

knigi-online.net

— Элизабет! — и вновь застонала от очередной схватки. Голова ее откинулась назад, лоб взмок от выступившей испарины.

Но это была не миссис Макартур. В зал вошел Ральф, с черных волос его стекали потоки воды:

Этель со страхом глядела на него. Казалось бы, пришла наконец долгожданная помощь, а ее охватил ужас.

Бросив взгляд на невестку, Ральф все сразу понял.

— Начались схватки? — коротко спросил он.

— А ты вызвала «скорую помощь»?

— Я пыталась, — с трудом выдохнула она, — но линия не работает.

— Я попытаюсь еще раз.

Этель видела, что и его попытка была напрасной.

Ральф еще раз взглянул на Этель и понял, что нельзя терять ни минуты:

— Я выведу машину из гаража и подъеду к входной двери.

Он ушел. Этель охватил страх. Она очень боялась за ребенка. Он рвался на свет преждевременно и при столь неблагоприятных обстоятельствах. Успеют ли врачи помочь.

Когда Ральф появился в дверях, Этель попыталась приподняться, но боль очередной схватки заставила ее вновь опуститься на ступеньку лестницы.

Ральф подошел к ней.

— Положи руку мне на плечо, — подсказал он и, взяв Этель на руки, понес к машине и уложил на заднее сиденье.

— Я только напишу записку матери, чтобы она немедленно последовала за нами! — крикнул он и побежал в дом.

Он отсутствовал всего несколько минут, но они показались Этель вечностью. Ральф принес с собой плед, укрыл Этель, прежде чем сесть за руль, и запустил мотор. Этель свернулась калачиком, как и дитя внутри нее, и ей хотелось только одного — чтобы все кончилось как можно быстрее.

Ральф не досаждал ей бессмысленными разговорами. Он просто вел машину. Когда она застонала от боли, он спросил:

— Как часто повторяются схватки?

— Через каждые четыре — пять минут, — ответила Этель, удивляясь, какое это может иметь для него значение.

Но, наверное, какой-то смысл в его вопросе был, потому что Ральф нажал на газ. Дорога от «Гнезда чайки» вниз до главного шоссе оказалась страшно мучительной, но Ральф вел машину плавно, даже на поворотах. Казалось, он не обращал никакого внимания на вспышки молний и раскаты грома. Его уверенные движения помогали Этель справиться с охватившим ее страхом.

Наконец они добрались до больницы. Ральф быстро отыскал сестру, которая сразу же поняла, что роды проходят с отклонениями от нормы, и буквально через минуту Этель везли в родильную палату.

Акушерка помогла ей освободиться от домашнего халата и другой одежды, но снять ночную рубашку Этель наотрез отказалась в присутствии Ральфа, который все еще стоял рядом и не знал, как поступать дальше. Но тут вновь начались схватки.

— Возьмите ее за руку, папаша, — отрывисто скомандовала сестра, — сейчас появится ваш ребенок.

Секунду Ральф стоял в нерешительности, и Этель подумала, что он не хочет признать приписываемого ему отцовства.

— Он не… — попыталась объяснить она, но новые схватки — теперь самые сильные — не дали ей договорить.

Боль казалась невыносимой.

Этель изо всех сил сжала руку Ральфа, как будто стараясь отдать ему хоть частицу своей боли. И действительно, ей показалось, что стало немного легче.

Дальнейшие события развивались быстро. Началось кровотечение, и врач принял решение произвести кесарево сечение. Когда Этель повезли в операционную, она потеряла сознание, продолжая, однако, держать при этом Ральфа за руку.

Врачи сделали все возможное, но было слишком поздно. Ее первый ребенок, мальчик, так и не увидел мир, в который так спешил.

Через некоторое время Этель очнулась уже на кровати. Ральф сидел рядом. Он не произнес ни слова, но она прочитала правду в его глазах.

Этель всегда считала его холодным, равнодушным человеком, и, возможно, он таким и был, но всю эту ночь она провела у него на руках, выплакивая боль и горе от потери ребенка.

Утром Ральф все еще находился рядом, у ее кровати, и сразу же взял Этель за руку, как только заметил, что она проснулась.

— Я так несчастна, — только и могла сказать Этель.

Она чувствовала себя вдвойне несчастной, потому что рядом с ней на месте Ральфа должен был быть Артур.

— Как ты себя чувствуешь? — тихо спросил Ральф.

Этель положила руку на живот, как бы пытаясь защитить ребенка. Но его там не было. Он погиб.

— Могу я посмотреть на него?

— Если ты этого хочешь, — Ральф воспринял ее просьбу как совершенно естественное желание, — я поговорю с сестрой.

И ей показали ребенка, завернутого в голубую пеленку. Ральф наблюдал, как Этель держала своего ребенка в первый и последний раз. Он дал ей поплакать над этим маленьким уже неживым существом и обнял ее, когда ребенка уносили.

Все же она пережила этот ужасный день, и то, что они оба тогда чувствовали, осталось их общим секретом.

Миссис Макартур появилась в полдень. Из-за бури она осталась ночевать у подруги и, только вернувшись домой, обнаружила записку Ральфа.

Она сменила его у постели невестки, а он ушел, чтобы дозвониться до Артура, находившегося в это время по другую сторону Атлантического океана.

В палату приносили много цветов с записками, выражающими соболезнования, а на следующий день появился и сам Артур. И только тогда, убедившись, что Этель теперь есть кому излить горе, Ральф ушел.

Этель оказалась одна с мужем. Он много говорил, но все не о том. Его слова были какими-то неестественными, словно Артур в самом деле не понимал, что произошло. Он пытался убедить ее, что она еще слишком молода, чтобы быть матерью, будто бы это могло ее утешить. И он не захотел увидеть ребенка. И никогда не называл его по имени. А ведь у него уже было имя — Сэмюэл, так назвала его Этель.

В больнице Этель пробыла целую неделю, после чего возвратилась в «Гнездо чайки». Артур уже уехал на гастроли и был убежден, что жена присоединится к нему, как только поправится.

Наверное, именно тогда ей следовало расстаться с ним. Любви к нему больше не было, она умерла вместе с их маленьким сыном. Но Этель никак не хотела с этим смириться. Еще девочкой она наблюдала, как легко, один за другим, распадались браки друзей ее отца. И она решила, что у нее с Артуром будет совсем не так. И сейчас она хотела во что бы то ни стало сохранить свою семью.

Ральфу это казалось проявлением слабости. После возвращения Этель из больницы у них сложились прекрасные отношения. Но все изменилось, когда как-то за обедом она объявила о своем намерении поехать к Артуру.

ruslib.net

Повесть о том, как авторы учились в исправительной школе в Ленинграде в 20 годах 20 века. Интересная детская книга.

как же все же хорошая музыка делает меня в рисовач ­ ­

— Вставай, Эрика! Нехотя потягиваюсь и открываю глаза. Сегодня День Выбора. И мне кажется, я знаю, что.

O:-)­ https://avatanplus.­ ­ com/list/stickers

инвестиции от 10 рублей + бонусные коды :-O­ :-O­ :-O­

мне нужны эти коды

Когда ты сдохнешь уже?

Редактировать пикчи из терминала прикольно, я гарантирую это

There are actually four plots in the upper view: 1) Scatter plot of latency values over time (light.

ЧТО НУЖНО ДЕЛАТЬ В IMVU??

Почему отвисают половые губы?

Можно ли считать людей, умышленно причиняющих себе физическую боль, мазохистами, или нет? Обоснуйте.

а канцелярским ножом больно будет кожу резать?

Вы тут отписываетесь, а я вам танец с игры Just Dance! LEEEETS GOOO. Cо в друзья

0/15 с исключениями

Внезапно пропёрло на русский рок девяностых. И да, господи, это то самое невероятное тёплое ощущение, как будто возвращаешься домой. С первых же аккордов чувствую невероятное спокойствие. Все как.

Тревожно. Едва колебаниям этой струны стоит затухнуть, некая псевдозаботливая рука в моем разуме дергает ее вновь. И вновь. Разговаривая о тайнах, которые хранишь, но о которых необходимо.

В анонимном диалоге годовой давности я нашла нечто ужасное: «Всё имеет свои последствия, моё — холодность и расчётливость. Не во всём, но в масштабах принятия серьёзных решений, от которых может.

Я перепрыгнула через небольшой сугроб. Была весна, но снег ещё не растаял. Мимо меня пронёсся чёрный вихрь, мой брат Клиф. -Скорее, Айла! А то этот кролик удерёт!- бросил он на бегу. Я помчалась за.

Что же, я проснулся. Время учить билеты.

Слабо верю, что кто-то тут в этом шарит (я вот к примеру нет похоже) Не могу придумать рекомендации для "взаимодействия гостиниц с турфирмами" Может у кого есть какие идеи на.

Тему модерирует её автор — Космос. .

Как разбить кулаки до крови?

ну конечно смотря сколько и с какой силы

примерно сколько раз можно?

Играй прямо в браузере!

не так костям больно,как об стену

об стену такая боль дурацкая будет,и суставы скрипят, но зато синяки есть

как можно разбить

бывало об стену била но обходилась лишь синяками

итого:синяки,кровь,­ кость мизинца вошла внутрь._. ходила к травматологу,вправл­ яли обратно :с

я когда впервый раз на кикбоксинг пришла,меня заставили о твёрдый такой мат руки побить

так у меня буквально через минут 5 кровь пошла оО

мне потом ещё бинты специальные сказали купить,чтобы не стиралась кожа:с

Участники: 2-4 отморозка, возможно и больше, но тогда игра превращается в кровавый массакр.

Инвентарь: Монета большого диаметра, советская пятикопеечная — лучший вариант, также весьма подходит украинская пятикопеечная монета.

Правила: Монета ставится на ребро, по ней делается щелчок пальцами. Монета начинает крутиться по оси, участники игры по очереди щёлкают по ней для поддержания вращения. Тот, после чьего криворукого касания монета падает — проигрывает кон. В качестве меры наказания он ставит сжатый кулак костяшками на пол. Остальные участники особым движением, со всей дури пробивают монетой по кулаку лузера, оставляя ссадины, а порой и рассечённую кожу. Поскольку на костяшках нет крупных вен (они глубже или выше), то обильного кровотечения не возникает, и игру можно продолжать. Некоторые особо упоротые компании имели специальную монету с заточенными краями — для большей труЪшности. Особо азартные экземпляры были готовы шпилить в эту игру 24/7 и имели при себе спец. инвентарь — ЮБИЛЕЙНУЮ монету, которая будет побольше обычной и поувесистей, как заявляет сами знаете кто, наносимый дамаг увеличивался на порядок (как под фулл фабами). После экзекуции, проигравший снова раскручивает монетку, начиная новый кон. Игра продолжается до кровавых ошмётков вместо рук, либо до конца перемены.

После игры продолжительностью хотя бы в одну школьную перемену, игроки приобретают скилл «ТЕРПИ БОЛЬ,с**а!!1»

Возможность покрасоваться свежими шрамами перед остальными и, конечно же, деффачками

Репутация брутального альфа-самца у наиболее умелых\шрамированны­ х игроков

Весьма эффективное упражнение по развитию мелкой моторики и мужественности абсолютной беспощадности к себе

Шрамы на руках. В особых случаях — на всю жизнь

Возможность подхватить гнойное заражение с грязного пола

Возможность отхватить пи**юлей от учителей, если дело происходило в школе

Примечания: Как и при игре в Земельки, 60% из играющих в будущем становились бы**ом.

beon.ru